Таллиннский книжный клуб

МЭТР АПОКАЛИПСИСА, ДЖИМ МОРРИСОН

Рок-н-ролл это, в конечном счете, антропология. Это собирание масс в одном загоне ради совместного испускания пара. А Язык это вещь прямо противоположная. Это всегда одиночество. Это всегда беседа индивидуума с чистым временем.

Джим Моррисон при всем навязанном эпохой калифорнийском антураже, при всей этой коже, поте и визге был, пожалуй, единственным в своем поколении, кто понимал, что поэзия это не средство самовыражения, а инструмент ускорения. Ускорения сознания в сторону небытия.

Америка конца шестидесятых годов это, если угодно, Рим периода упадка. Огромная, лопающаяся от сытости и крови империя, которая не знает, что делать со своим пространством.
И Моррисон берет это пространство как бесконечную, выжженную калифорнийскую пустыню и превращает её в метафизическую декорацию. Его знаменитый Король-Ящерица это ведь не просто удачная метафора для прессы. Ящерица это существо, пришедшее из до-человеческого времени. Это чистая хладнокровная субстанция, которая сидит на камне и смотрит на крушение цивилизации, не мигая. Это взгляд поэзии на историю.

Поэзия Моррисона это попытка перевести американское наречие, этот изношенный язык газетных передовиц и рекламных щитов, на язык классической трагедии. Когда он пишет: «The cars crawl by with dear women», это не описание дорожной пробки в Лос-Анджелесе. Это Гомер. Это корабли, плывущие к Трое.

Вспомним вещь, которая навязла у всех в зубах, но от этого не перестала быть страшной. Текст «The End». ​Для обывателя это гимн отцеубийства, эдипов комплекс, психоанализ для бедных. Для филолога это чистая грамматика. Это точка, поставленная в конце предложения с такой силой, что бумага рвется.

Моррисон поет этот текст так, словно он уже находится по ту сторону вещей. Это не крик раненого зверя, это монотонный, заупокойный распев. Настоящая поэзия всегда звучит как эхо из пустого колодца. Когда он произносит: «This is the end, beautiful friend», слово «конец» перестает быть событием во времени. Оно становится пространством, в которое мы все входим, как в темную комнату.

Моррисон совершил то, что должен совершить любой поэт, если он хочет остаться верным языку, а не своей аудитории. Он сбежал. Он бросил стадионы. Этот ревущий, совокупляющийся триумф плоти и уехал в Париж, чтобы умереть в ванной как Маркиз де Сад или Марат. Чтобы превратиться в строчку в путеводителе по кладбищу Пер-Лашез.

Он понял, что музыка есть тирания. Музыка навязывает стиху свой ритм, она делает его доступным для дураков. А поэт хочет быть прочитанным в тишине. Его уход в тридцать лет это не трагедия алкоголизма, а логическое завершение синтаксиса. Когда стих доходит до своей высшей точки, поэт замолкает, чтобы не повторяться.

Василь Танасийчук

#ДжимМоррисон #Доорз

Если не знать, то может показаться, что ничего не происходит.

На самом деле, мы с Романом уже второй день подряд ведём диалог, определяясь с темами и уточняя тезисы следующего доклада и следующей встречи книжного клуба в Таллинне.

Уже написали другу другу мнений по поводу доклада столько, что материала хватит на научную статью 🙂

Если есть желание принять участие в дискуссии, присоединяйтесь! 🙂 Так, постепенно, диалог перерастает в полилог.

На следующей встрече нас ждёт встреча с Миром Стругацких (давайте назовём его так), и, прежде всего, с такими их книгами как "Хищные вещи века" и "Трудно быть богом".

И немного об интерпретации кино:

Безумный Макс: Дорога ярости.

"С точки зрения Клода Леви-Стросса и классического структурализма, перед нами чистая, кристаллизованная мифологическая система. Этот мир кажется хаотичным и деструктивным лишь на первый взгляд. На самом деле он подчинен строжайшему внутреннему порядку, который держится на фундаментальной, сюжетообразующей бинарной оппозиции.

Весь Космос «Дороги ярости» натянут между двумя полюсами, двумя материальными и семиотическими объектами: Семенами и Пулями. В мире Несмертного Джо оружие и снаряды деритуализированы и возведены в статус абсолютного культа. Джо не случайно называет пули анти-семенами. Это семена, которые сеют смерть или инверсия плодородия.

Посмотрим на структуру Цитадели через призму структуралистского психоанализа. Скалы Цитадели, взмывающие вверх трубы машин, Оружейная вышка, всё это манифестация подавляющей мужской власти. Несмертный Джо пытается контролировать деторождение, запирая «Племенных Кобылиц» в стальном сейфе. Он заменяет естественный биос механическим контролем. Репродукция здесь мыслится не как чудо земли, а как конвейерное производство «здоровых образцов». Тела Воинов Полураспада выкрашены в белый цвет извести, они несут на себе знаки опухолей и шрамов. Это живые мертвецы, чье высшее предназначение есть ритуальный суицид во имя Джо. Серебряная краска на губах перед смертью это окончательное превращение плоти в металл.

​Пуля здесь является универсальным эквивалентом обмена. Цитадель производит смерть и конвертирует её во власть.
На противоположном полюсе системы находятся Семена, материальным носителем которых выступает Хранительница семян из племени Тысячи Матерей.

​Если Цитадель это триумф искусственной, мертвой формы над содержанием, то Вувалини представляют собой архаическую, матриархальную структуру. ​Старуха, везущая в засаленной сумке коллекцию семян среди бесплодных песков это предельно мощный знак. Семена представляют собой чистую потенциальность бытия. Они требуют времени, почвы, воды и заботы. В отличие от пули, которая действует мгновенно и линейно, семя функционирует в циклическом времени. Оно должно умереть в земле, чтобы возродиться в новом качестве.
Но в мире «Дороги ярости» этот полюс почти уничтожен. Зеленые Земли превратились в ядовитое болото, и семена лишены своего естественного контекста. Они превратились в реликты, в текст, который некому прочесть.

Боевая Фура это ключевое семиотическое пространство фильма. Это гибридный объект. Она сделана из железа, дышит огнем и защищена пулями, но внутри неё прячутся Кобылицы как носительницы новой жизни. Фура становится мобильной зоной трансформации, где операторы системы Пуль Макс и Фуриоса перевербовываются системой Семян. Кульминация фильма это радикальный структурный переворот. Изначальный вектор движения героев признается ошибочным. Макс совершает важнейшее волевое действие. Он разворачивает команду назад.

​Нельзя спасти семена, просто убегая с ними в бесконечную пустыню. Там они погибнут. Чтобы миф разрешился, Семена должны быть посеяны внутри Цитадели.

Когда Фуриоса и Кобылицы поднимаются на платформе вверх, в лоно Цитадели, а старуха передает сумку с семенами молодой девушке, бинарная оппозиция схлопывается. Семена занимают место Пуль. Металлическая башня тирана превращается в гигантский вазон для будущего Космоса. Метафорический синтаксис смерти побежден синтаксисом жизни.

Джордж Миллер создает безупречный структуралистский миф о регенерации мира. Через столкновение пули и семени, маскулинного хищничества и феминного созидания, он показывает нам, что крах цивилизации это не конец структуры. Это лишь момент, когда старые знаки должны быть пересобраны заново в очистительном огне Дороги."

Текст: Василь Танасийчук

#БезумныйМакс #ДорогаЯрости #Фуриоса

Таллиннский книжный клуб приглашает на новую встречу!

После разговора о силе кланов и поиске своих людей, мы продолжаем наше путешествие по миру книг, идей и смыслов.

Наш книжный клуб — это не лекция и не урок литературы. Это место для спокойного разговора, обмена мыслями и поиска интересных людей. Мы читаем книги, обсуждаем идеи, спорим, соглашаемся и пытаемся лучше понять мир и самих себя.

Если вам близки хорошие книги, интеллектуальные беседы и атмосфера дружеского обмена идеями — будем рады видеть вас за нашим столом.

☕ В программе: небольшое вступление по теме вечера (тема будет заявлена чуть позднее, но для обсуждения предлагается мир Стругацких, "Трудно быть Богом" или "Хищные вещи века"); свободная дискуссия; обмен книжными рекомендациями; чай, кофе и хорошие разговоры.

Присоединяйтесь, даже если вы впервые слышите о нашем клубе. Новичкам мы всегда рады.

С датой мы пока ещё определяемся. Точно будут новые люди, и очень интересные люди, с фантастически интересным жизненным опытом.
Иногда одна хорошая беседа оказывается ценнее десятка прочитанных статей. Приходите поговорить.

ФИЛОСОФИЯ ЛИТЕРАТУРЫ МИЛОРАДА ПАВИЧА
«Литература как лабиринт и словарь вечности»

Форма как смысл

Павич считал, что традиционный линейный роман умер. Настоящая литература должна быть многомерной, как словарь, как колода карт, как лабиринт. Читатель должен выбирать путь сам.

Книга это живой организм

Для Павича книга не мёртвый текст, а живое существо. «Хазарский словарь» можно читать в любом порядке, и каждый раз он будет новым. Книга рождается заново с каждым чтением.

История есть миф

Павич стирает грань между реальной историей и мифом. Для него история это не факты, а вечные архетипические сюжеты, которые повторяются в разных эпохах и культурах.

Мужское и женское как два языка

В его произведениях мужской и женский принципы это два разных способа видеть мир. Мужской — линейный, рациональный, исторический. Женский — круговой, интуитивный, мифологический.

Словарь как высшая форма свободы

Словарь это идеальная форма литературы. Он не навязывает порядок, а предлагает возможности. Читатель становится соавтором, выбирая, в каком порядке складывать смыслы.

Любовь как вечная война

Любовь у Павича это всегда борьба, загадка и невозможность полного слияния. Мужчина и женщина говорят на разных языках даже тогда, когда любят друг друга.

Смерть как продолжение жизни

Смерть в его мире не конец, а переход в другую систему координат. Мёртвые продолжают участвовать в игре, влияя на живых.

Культура как палимпсест

Каждая культура это наслоение текстов. Павич снимает слой за слоем, показывая, как под сербской, византийской, османской историей скрываются более древние мифы.

Читатель как соучастник мистерии

Павич не пишет для пассивного потребителя. Он создаёт книги-ритуалы, в которых читатель вынужден активно участвовать, выбирать, рисковать и ошибаться.

Литература как спасение от забвения

Главная задача литературы, по Павичу это противостояние энтропии и забвению. Книга становится последним убежищем памяти, смысла и человеческой души в мире, который постоянно всё стирает.

Милорад Павич — архитектор литературных лабиринтов, который превратил роман в многомерный миф, словарь и игру, где читатель становится соавтором, а литература — последним прибежищем свободы, памяти и тайны в мире, стремящемся к забвению.

Книга месяца. 📖

Крис Восс, "Договориться не проблема".

Читаю сейчас и рекомендую нашим подписчикам! Книга специфическая, это выжимка из методов профессионального переговорщика ФБР, который вёл сотни переговоры по освобождению заложников, в самых разных местах, включая джунгли Индонезии и Филиппин. Казалось бы, при чём здесь мы? Но автор убедительно показывает, что принципы переговоров работают всегда и везде, а переговоры, сами того не замечая, мы ведем ежедневно - просто они не касаются вопросов жизни и смерти.

Те принципы ведения переговоров, которые Крис Восс вывел в своей практической деятельности, применимы ко всем договоренностям, большим и малым, жизненно важным и сиюминутным. Впервые об имени Крис Восс и его подходе к ведению переговоров, лично я услышал в 2015 году, на таком мероприятии как Таллиннский Журфикс и сразу же был впечатлён таким подходом.

Всем, кто интересуется тематикой переговоров, рекомендую подписаться на подкаст Криса Восса: https://thechrisvossshow.com/

Саму эту книгу в Эстонии можно купить в магазинах Apollo, за 7.99 евро.

#книгамесяца

Вношу предложение подумать всем вместе на тему следующей встречи. Из обсуждаемых авторов и книг все сошлись на братьях Стругацких ("Хищные вещи века" или "Трудно быть богом"). 📚

Кроме того, нам нужно определиться с датой, которая всем подойдет. Мы можем провести или в одну из сред, 10 июня или 24 июня в 19:00 (кроме 17 июня, эта дата занята), или же провести встречу Книжного клуба вообще в выходной день, но в дневное время (например с 14:00)

Какие будут мысли и предложения?

На первой, ознакомительной встрече нашего книжного клуба было девять человек. Кто-то, как Анатолий или Михаил, декламировал стихи (очень экспрессивно, я так не умею), кто-то предлагал свежие идеи и книги для обсуждения. При том что мы касались достаточно интересных и сложных тем, было достаточно весело, встреча прошла с шутками-прибаутками.

Сегодня встреча в 19:00 на Liimi 1